Пасечников из Тукаевского района обвинили в нанесении вреда лесу

Нижнекамское лесничество предъявило претензии Рамиле Тухбатуллиной и ее семье, владеющей пасекой в Тукаевском районе. Пчеловодов оштрафовали на 20 тыс. рублей за самовольное пользование лесным участком, а также обязали возместить ущерб в размере 129,5 тыс. за якобы нанесенный пчелами вред лесному хозяйству. Об этом Сhelny-biz.ru рассказала Тухбатуллина.

Женщина поделилась, что пасека ГБУ «Нижнекамлес» Ворошиловского участкового лесничества была создана еще в 1984 году отцом мужа Тухбатуллиной – он построил здание с нуля. С 1993 года на пасеке трудился ее муж, а сама она присоединилась к работе в 2004‑м. Семья занималась пчеловодством до 2024 года, пока в лесхозе не ликвидировали это направление. Сегодня у семьи около 100 пчелосемей, которые раньше содержались в лесу, но из‑за сложившейся ситуации пчел пришлось перевезти в деревню – работать на прежнем месте стало невозможно.

– Мы даже с 2009 года пытались оформить эту землю в аренду, – рассказывает Рамиля Тухбатуллина. – Обращались к первому замминистра лесного хозяйства Татарстана Ильгизару Зарипову. Но нам отвечали, что на земле есть обременение, и советовали не приезжать на прием. При этом никто не объяснял, что это за обременение: то ли земля уже в аренде, то ли проблема в старых зданиях.

По ее словам, семья все же пыталась выяснить причины отказа: пригласила кадастрового инженера, который подтвердил, что здания на участке непригодны для использования – им больше 40 лет. Позже выяснилось, что эти постройки списаны еще в 2009 году. Значит причина не в этом, отмечает женщина. В 2025 после возбуждения дела Ильгизар Зарипов вовсе написал ответ пчеловодам на их обращение, что лесной участок в аренду не предоставят из-за наличия якобы нарушения выраженного в нанесении вреда лесу.

– Они должны были сначала предупредить нас, как‑то объяснить, – возмущается пчеловод. – Но никакого предупреждения, предостережения – ни письменного, ни устного – не было. При этом у нас есть все необходимые документы, подтверждающие, что мы соблюдаем законодательство в области пчеловодства. Мы ведем деятельность как ЛПХ, – рассказывает женщина.

По словам Тухбатуллиной, они с мужем уже прошли несколько судебных инстанций – лесхоз выиграл дело, сейчас жалоба находится на рассмотрении в кассационной инстанции суда. Параллельно идет подготовка к суду по вопросу ущерба.

– Какой вред могли нанести пчелы? – недоумевает пчеловод. – Нам ответили, что мы держали пчел для коммерческих целей. Но как иначе содержать семью с тремя детьми? Мы просто пытались выжить и заниматься любимым делом. Лесной участок мы готовы взять в аренду, но нам этого не дают сделать! Теперь указанная территория будет заброшена, зарастет сорняками и кустарниками, – сетует женщина. – Нам не разрешают держать пчел на массивах лесного хозяйства, а на полях пчелы вымирают. Как вообще пчеловодству жить? Если пчелы погибнуть – жизнь погибнет, опыления не будет. По всему Татарстану пчелы вымирают. Мы своими силами пытаемся сохранить пчелосемьи.