Арбитраж признал банкротом крановый завод, который в 2022 году «возвели» фактически на руинах НЧКЗ Марса Тимербулатова. Общая задолженность перед кредиторами – 215 млн рублей, и, судя по уже сложившейся практике, она может продолжить расти в геометрической прогрессии. На данный момент в списке кредиторов около 20 организаций, с которыми по каким-то причинам сорвались договорные отношения. В жернова банкротства попал и сам гендиректор нового предприятия Генар Давлетшин. О том, что подвело «наследников» легендарного проекта Тимербулатова к печальному финалу, который до боли напоминает историю предшественников – в материале.
КАК ЗАРОЖДАЛСЯ И УГАСАЛ НОВЫЙ КРАНОВЫЙ ЗАВОД
Арбитражный суд Татарстана все-таки признал банкротом ООО «Набережночелнинский крановый завод». Соответствующее решение опубликовано в картотеке суда. Также в отношении должника открыли процедуру конкурсного производства. Срок – до 25 декабря. Известно, что заводу принадлежит земельный участок, три объекта недвижимости, расположенные на территории Елабуги, а также три транспортных средства (одно из них в последствии было отчуждено). Исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден Максим Греков, член Ассоциации «РСОПАУ». Предварительная сумма задолженности, которая возникла перед двумя десятками компаний (не исключено, что требования кредиторов будут расти) – 215 млн рублей. Но обо всем по порядку.
ООО «НЧКЗ» создали в 2022 году, за три месяца до официальной даты «гибели» АО «НЧКЗ» (в апреле 2022 года крановый завод Марса Тимербулатова признали банкротом). Предприятие возглавил Генар Давлетшин, а «инициатором» своеобразного возрождения некогда успешного проекта выступал Арсений Хохлов, зять Тимербулатова.
– Я обсудил с Марсом Тагировичем, не будет ли он против, если я открою предприятие с таким же названием. Он не возражал, у него на тот момент были другие заботы. Наша новая команда воспользовалась старым названием, чтобы быстро выйти на рынок, поскольку имя НЧКЗ на слуху. У меня сохранился контакт с сотрудниками, которые покинули АО «НЧКЗ». Люди были готовы работать, сформировался минимальный штат. Нам удалось сохранить конструкторов, что очень важно в нашем деле. Итак, у нас были технологии, были кадры, заказы, и ООО «НЧКЗ» начало работать. К нам обращались даже некоторые заказчики, у которых остались невыполненные контракты с АО. Нам говорили: «Бог с ними, с теми кранами, сделайте нам новые!». Дело в том, что на рынке мало производителей с компетенциями НЧКЗ, – комментировал ранее Хохлов.
Организация какое-то время даже базировалась на бывших площадях старого кранового завода – арендовало у НЧКЗ цех, там и развернули производство. Однако новый НЧКЗ сумел спокойно проработать чуть больше года, затем его во всех смыслах «догнало» эхо предшественника. После того, как началось банкротство Тимербулатова, конкурсный управляющий в одностороннем порядке расторг договор аренды на производственные площади. Компании пришлось искать новые и переезжать. Одновременно с этим к ООО начали поступать иски о неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательств – в совокупности около 30 фактов почти на 70 млн рублей. Как тогда говорило руководство, проблемы начались как раз-таки из-за этого простоя. А после организация привлекла внимание налоговой.
– Против нас налоговая сразу начала камеральную проверку, выставила нам инкассовое поручение, заблокировала расчетный счет. Все это было связано с тем, что нас связывали с АО «НЧКЗ», – говорил тогда Хохлов.
Ко всем проблемам добавились и долги перед сотрудниками (которые, отметим, частично начали погашать после вмешательства прокуратуры), а сам гендиректор Генар Давлетшин попал в поле зрения силовиков из-за невыплаты зарплаты.
Однако фактически крановый завод вступил на тропу банкротства в апреле прошлого года. С иском о признании должника несостоятельным в суд вышла налоговая. Основанием стала неуплата взносов на обязательное пенсионное страхование в ПФ РФ – страховой пенсии, транспортного налога, страховых взносов, налога на прибыль, НДС, НДФЛ. Заявленная сумма – 15,8 млн рублей. Из них 13,3 млн – основной долг, 1,9 – пени, 543 тыс. рублей – штраф. Тогда заявление ФСН оставили без движения, однако спустя два месяца в арбитраж поступил новый иск. Требования инспекции признали обоснованными лишь в феврале текущего года, а в отношении НЧКЗ ввели процедуру наблюдения. Тогда же выяснилось, что последнюю бухгалтерскую отчетность руководство представило в налоговый орган весной 2023-го (за 2022 год). А последняя налоговая отчетность – в январе 2025-го. Речь шла о декларации по налогу на добавленную стоимость за четвертый квартал 2024 года, сумма к уплате тогда отсутствовала. В материалах дела также раскрыли финансовые операции – последняя операция по расчетным счетам (а у должника их восемь) проведена в декабре 2024-го. В конечном итоге требования включили в третью очередь кредиторов.
В начале этого года сумма требований налоговой выросла еще на 5 млн рублей – обязательства по налогам и сборам (вторая очередь кредиторов). Позднее к списку кредиторов добавилось ООО «СТРОЙХОЛДИНГ», крановый завод задолжал предприятию 2,6 млн. А после еще ряд организаций вошли в реестр требований кредиторов – «Альфа Банк» (14,3 млн), ООО «Завод стальных конструкций «Кубань» (9,6 млн), ООО ПКФ «Уралкрандеталь» (122 тыс.), Сбербанк (44,4 млн), ООО «Арсан» (97 тыс.), ИП Альберт Харрасов (2,6 млн), ООО «Вэлс-сервис» (27,4 млн), АО «Специализированное пусконаладочное управление» (91 тыс.), ООО «Красное эхо» (13,4 млн), АО ПО «Якутцемент» (16 млн), Группа Компаний «Электрощит – ТМ Самара» (5,7 млн), «Таткран» (2,2 млн), ООО «Б-24» (22,8 млн), Димитровградский завод химического машиностроения (8,3 млн), ТД «Кристалл» (7,3 млн), ООО «Элком» (237 тыс.) и АО «Металлургический завод Балаково» (17,7 млн). Причины: нарушение договоров подряда, поставки, купли-продажи и прочее.
Что касается Генара Давлетшина, то в мае этого года его также признали банкротом – соответствующий иск он подал сам. В отношении его имущества введена процедура реализации.
ИСТОРИЯ КРАХА ПРЕДШЕСТВЕННИКА – НЧКЗ ТИМЕРБУЛАТОВА
АО «НЧКЗ» проработало на рынке машиностроения 24 года. На 25-м вступило на тропу банкротства. Фатальным для предприятия стал контракт по гособоронзаказу от ФГУП «Главное военно-строительное управление №8» (далее ГВСУ) на модернизацию оборудования, который детище Тимербулатова заключило в 2017 году. Сам предприниматель к тому моменту якобы уже отошел от дел из-за проблем со здоровьем. Заказ выполнили, но в 2021 году за него зацепилась налоговая. Инспекция нашла нестыковки – в техзадании были прописаны краны грузоподъемностью 5 тонн, а заказчику по итогу поставили технику на 10. Как тогда объясняли сами сотрудники предприятия, перезаключать договор не стали – работники НЧКЗ якобы просто выехали на объект, демонтировали механизмы, вернули, доработали и поставили обратно.
Вопросы возникли к максимальной норме прибыли, предусмотренной федеральным законодательством о гособоронзаказе. Как ранее писал Сhelny-biz.ru, она вышла больше. Дело в том, что при продаже пятитонных механизмов был предусмотрен один процент прибыли, но так как НЧКЗ своими силами их модернизировал до десятитонных, этот процент увеличили. По итогу было возбуждено уголовное дело. А после силовики задержали самого Тимербулатова. Дальше все посыпалось: банки отозвали кредиты, заблокировали счета, возникли долги по зарплате. После освобождения из СИЗО Тимербулатов ликвидировал предприятие, чтобы не «поймать» еще одну статью.
О том, почему изначально могли возникнуть задержки с налогами, Тимербулатов рассказал на одном из заседаний.
– У нас краны делались по году, по полтора. Такие краны, которые обслуживают ракеты «Сармат». Вы представляете, какая там документация? Там только год ее готовишь. Год монтируешь, работа на два-три года. И как мы можем платить НДС, у нас же цикл очень длинный? Это в расчет они не берут, у них одно на уме. «Косвенно мы считаем…» Налоговая как будто создана для того, чтобы всех убить что ли? Непонятно, – говорил тогда Марс Тимербулатов. – Если с каждым производителем так поступать, кто работать будет? Тоже непонятно. А то, что это нормальная схема, которая позволяла нам работать, неоднократно объяснялось. Все предприятия так работают, никакого умысла не было. Настаивают на том, что я как будто делал это умышленно. А то, что мы работали для страны – вообще ни слова.
Экс-гендиректору АО «НЧКЗ» в сухом остатке вменяли уклонение от уплаты налогов в особо крупном размере. Изначально в деле предпринимателя фигурировал ущерб в 500 млн рублей, но в процессе следствия сумма сократилась до 150. Гособвинение запрашивало для бывшего директора завода четыре года условно с аналогичным испытательным сроком. Суд назначил Тимербулатову наказание в виде трех лет условно с испытательным сроком два года. Стороны не стали обжаловать приговор.
Что касается банкротства некогда легендарного завода, то оно длится по сей день. Самого Тимербулатова пытались привлечь к субсидиарной ответственности на 1 млрд рублей. Однако Арбитражный суд установил: до октября-декабря 2021-го года НЧКЗ работал в штатном режиме, сохранял платежеспособность, формировал выручку, исполнял обязательства по заключенным контрактам и обладал перспективами расширения производства. Завод также имел внешнеэкономические контракты. Совокупный объем активов на тот период составлял свыше 1 млрд рублей.
Суд учел, что арест Тимербулатова привел к дестабилизации управленческой и финансовой модели предприятия – тогда на НЧКЗ прошли обыски, изъяли документацию, а кредиторы единовременно предъявили к исполнению все обязательства. Это вызвало автоматическое списание поступлений с расчетных счетов и, как следствие, паралич текущих платежей, включая выплату заработной платы. Инстанция пришла к выводу, что неплатежеспособность НЧКЗ сформировалась как результат совокупности негативных факторов. Однако в рамках уголовного дела на тот момент уже было установлено, что Тимербулатов уклонился от уплаты налогов, соответственно, умысел и его вина в совершении налогового преступления по факту доказаны. Сумма ущерба бюджету составила 154,5 млн рублей, убытки в размере этой же суммы по итогу и взыскали с бывшего главы НЧКЗ.
Сhelny-biz.ru
663
БРТ- Раушания