Центром притяжения малого и среднего бизнеса называл Набережные Челны раис Татарстана Рустам Минниханов. А тот факт, что автоград собрал смелых и целеустремленных людей неоднократно подчеркивал мэр города Наиль Магдеев. Сегодня, в День российского предпринимательства, обернемся назад, вспомним, как зарождался бизнес в городе, и расскажем, как новое поколение адаптируется к актуальным реалиям и вызовам нашего времени. Изначально моногород, прославившийся КАМАЗами, успешно торговал хлебом. С челнинской пристани отправляли зерно, муку, крупу, урожай льна, яйца, спирт и поташ, а в начале 20 века – нефть, нефтепродукты, металлы и сельхозинвентарь. Интересен и тот факт, что Челны стали отправной точкой возрождения кооперации в масштабах страны.
Что касается современности, сейчас в городе более 28 тыс. предприятий малого и среднего бизнеса. Многие из них пережили не один кризис и продолжают работать, совершенствуются, предпринимают. Кто-то сумел сохранить созданное в 90-х производство, кто-то начинал с малого и развился в группу компаний, кто-то сделал рывок на фоне очередных испытаний. «Ты понимаешь, что, если бы не был таким рисковым и не умел бы справляться с проблемами, ты бы не был предпринимателем», – говорят они. История и пути представителей бизнеса последних десятилетий – в материале.
ИСТОРИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА В ЧЕЛНАХ
«КООПЕРАТОРЫ ВЫБИВАЛИСЬ ИЗ ПРИВЫЧНОГО СОЗНАНИЯ СОВЕТСКИХ ЛЮДЕЙ. МАЛИНОВЫЕ ПИДЖАКИ, ЗОЛОТЫЕ ЦЕПИ В ПАЛЕЦ ТОЛЩИНОЙ, ДОРОГИЕ МАШИНЫ…»
История предпринимательства на территории современных Набережных Челнов уходит корнями в XVII век. Как отмечал краевед Анатолий Дубровский в книге «Чем славны Набережные Челны?», уже тогда здесь активно вели дела владимирские тяглецы (посадские люди). Они платили тягло (налоги), владели амбарами с солью и хлебом, а также основали первую в регионе солодовню на монастырских землях. Произведенный в Челнах солод поставляли вплоть до Астрахани – это стало серьезным прорывом для хлебной торговли в Закамье. В то время территория будущего города считалась посадом с Бережной слободой в составе и привлекала предприимчивых людей со всей России.
Особую роль в развитии челнинского предпринимательства играла Кама. Пик интенсивности судоходства пришелся на середину XVIII века, когда активно развивалась горная промышленность на Урале. В 1812 году через низовья Камы перевезли свыше 5 млн пудов груза: железа, чугуна, стали, меди, оружия и прочего. Со временем значительную долю грузопотока составили хлебные грузы – их отправляли в Нижний Новгород, Рыбинск, Саратовскую и Астраханскую губернии. Благодаря этому начали развиваться пристани в Чистополе, Елабуге, Бетьках и других местах. Жители Челнов нанимались матросами и бурлаками, зарабатывая за навигацию по 8–9 рублей.
В конце XIX века Набережные Челны стали крупным торговым центром Российской империи. По объему торговли яйцами город уступал лишь хлебной торговле: с шести складов на Элеваторной горе (ранее – Мысовые Челны) упакованные в древесную стружку яйца отправляли даже за границу – через Санкт‑Петербург. Среди покупателей значились казанский торговый дом Горохова, петербургские купцы и германский подданный Ревер.
В урожайные годы зерновая торговля приносила до 12 млн рублей, чай и сахар – около 2 млн, яичный экспорт – 1 млн, мануфактура, бакалея и железо – еще 2 млн рублей, лесные товары – до 0,5 млн рублей. Через Челны проходил почти весь груз с Мензелинской ярмарки. Даже в неурожайные годы экономика оставалась устойчивой, и к началу XX века город вышел в число ведущих торговых центров на Каме, опережая многие губернские города России. С челнинской пристани отправляли зерно, муку, крупу, льняное семя, яйца, спирт и поташ, а принимали лесные материалы, соль, сахар, рыбу, а в начале XX века – нефть, нефтепродукты, металлы и сельхозинвентарь.
В октябре 1910 года крупные купцы (Хальфины, Стахеевы, представители товарищества «Ф. Н. Гирбасов с сыновьями и Ко» и другие) обратились к властям с просьбой открыть в Челнах казначейство: ездить за деньгами в Елабугу (20 верст) или Мензелинск (50 верст) было неудобно и опасно. Уже 22 октября ходатайство удовлетворили – казначейство, выполнявшее функции банка, стало существенным шагом в развитии местной финансовой системы: оно проводило денежные операции, вело учет векселей и выдавало ссуды под хлеб.
Начало XX века отметилось противоречиями между купцами и местным населением. Историк Владимир Ермаков подчеркивал двойственность хлебной торговли: с одной стороны, она давала заработок жителям, обеспечивала налоговые поступления, финансировала благоустройство села и поддерживала культуру и образование через купеческую благотворительность. С другой – массовые перевозки хлеба создавали проблемы: шум, разбитые дороги, опасность для пешеходов, риск эпидемий и пожаров, приток криминала из‑за крупной ярмарки и хлебной биржи.
В 1911 году власти ограничили купцов: запретили скупку хлеба на улицах, отведя для торговли лишь базарную площадь и территорию у кладбища в Бетьках (где находилась хлебная биржа), а продажу печеного хлеба разрешили только в лавках. Предприниматели жаловались на нехватку места, но земство встало на сторону жителей.
Кроме того, купцы нередко занижали обороты, чтобы сократить налоги (ставка составляла 8% от оборота). Например, в 1913 году торговый дом «Братья Хальфины» заявил оборот в 448 тыс. рублей, тогда как реальная цифра оказалась вдвое выше; у Саитбатталова заявленные 200 тыс. рублей превратились в 450 тыс. Раскрытые схемы дошли до суда, но максимальное наказание – штраф в 20 рублей или арест на 10 суток – едва ли сдерживало нарушителей.
Масштабы хлебной торговли начала XX века подтверждают данные Айдара Фахретдинова (потомка купцов Халфиных): в 1912–1914 годах лидерами рынка были крупные торговые дома с развитой складской инфраструктурой. Торговый дом «И. Г. Стахеев и сыновья» (14 складов) увеличил объем скупки хлеба с 900 тыс. рублей в 1912 году до 1,5 млн рублей в 1914‑м (+67 %). «В. Г. Стахеева наследники» (8 складов) нарастили обороты с 500 тыс. рублей до 700 тыс. рублей, Халфины (5 складов) удерживали показатель на уровне 900 тыс. рублей после старта с 1,1 млн рублей, а Камско‑Вятское товарищество (10 складов) выросло с 200 тыс. до 500 тыс. рублей. Рост складских мощностей и объемов скупки зерна укреплял экономическое положение города.
По данным экс-главы ТПП автограда Юрия Петрушина, которые он опубликовал в книге «Паруса экономики» (книга шестая), в период НЭПа (новая экономическая политика) в Челнах заметно оживилась экономическая и культурная жизнь. Важным событием стал запуск элеватора, чьи энергетические объекты (локомобили и генераторы) заложили основу электрификации города. Работники промартели «Муравей» активно участвовали в этом процессе.
Возобновил работу лесозавод «Республиканец». Национализированные Советской властью мельницы продолжали переработку зерна и крупы. Активно развивались различные виды кооперации: производственная, заготовительная и сбытовая. В 1920-е годы в городе действовали отделение Татторга, предприятия Кантсельсоюза, кооперативно-промысловый Союз Охотников, контора Татсоюза, Челнинское сельскохозяйственное товарищество и потребительское общество.
Развитие товарно-денежных отношений привело к появлению банковских учреждений. В сентябре 1924 года открылось Агентство Госбанка под руководством Яндашевского. Учреждение занималось кредитованием предприятий, приемом вкладов, операциями с ценными бумагами и управлением ссыпным пунктом зерна. В 1930 году агентство преобразовалось в Набережночелнинское отделение Государственного Банка. Однако к концу 1920-х годов НЭП был свернут. Нэпманы лишились честно заработанного имущества, многие были репрессированы, а частная собственность в СССР была запрещена.
Новое возрождение кооперации началось с принятия в 1988 году закона «О кооперации в СССР». В 1980‑е годы Набережные Челны превратились в столицу кооперативного движения СССР. Экономические трудности, включая спад производства на «КАМАЗе», привели к безработице, и молодые специалисты устремились в бизнес. В конце 1980‑х – начале 1990‑х годов бурно развивался челночный бизнес: на фоне дефицита товаров горожане торговали на улицах, бульварах и базарах. Бартерная торговля с участием «КАМАЗа» и строительных компаний стимулировала рост.
Челны стали отправной точкой возрождения кооперации в масштабах страны. В мае 1987 года здесь открыли первый банковский счет, а город стал штаб‑квартирой Всесоюзной кооперативной федерации. К 1988 году действовало свыше 500 кооперативов: они производили товары и оказывали услуги на миллионы рублей – открывали кафе, шили одежду, изготавливали спортинвентарь, занимались ремонтом. Средний возраст бизнесменов тогда составлял 30 лет.
Предприниматель Владимир Волков, основатель одного из первых кооперативов, вспоминал о 80‑х: «Кооператоры выбивались из привычного сознания советских людей. Малиновые пиджаки, золотые цепи в палец толщиной, дорогие машины… Все это вызывало зависть и нелюбовь обычного трудового народа». Общество воспринимало кооперацию как нечто чужеродное, не осознавая ее перспектив.
Поворотным моментом стала вторая конференция кооператоров РСФСР (август 1988 года), где создали Межрегиональную кооперативную федерацию СССР – первую общесоюзную кооперативную структуру с участием более 60 городов из восьми республик. Ее возглавил челнинский инженер Валерий Писигин (руководил до сентября 1992 года). Тогда же учредили кооперативный банк «Континент» – одно из первых учреждений, поддерживавших предпринимателей и частные инициативы.
Как пишет Петрушин в своей книге «Паруса экономики», современное состояние кооперации позволяет сделать вывод о четвертом «кооперативном прорыве», поскольку процесс развития и распространения кооперации перешел на новый уровень. В рамках реализации госпрограммы «Развитие сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия на 2008-2012 годы» было зарегистрировано 6,7 тыс. сельскохозяйственных потребительских кооперативов.
Развитие предпринимательства способствовало появлению новых видов кооперации, таких как аутсорсинг, субконтрактинг, франчайзинг, консорциумы и другие. Такие формы деятельности позволяют снижать затраты производства и издержки, повышать конкурентоспособность.
По данным администрации города, на начало 2026 года предпринимательский сектор Набережных Челнов насчитывает 28,3 тыс. субъектов малого и среднего бизнеса, в том числе более 11,3 тыс. малых предприятий и 16,9 индивидуальных предпринимателей. Доля бизнеса в валовом территориальном продукте достигает 35,1%, а налоговые отчисления в городской бюджет составляют 36,2%. Сектор малого и среднего предпринимательства обеспечивает рабочими местами более 144,1 тыс. человек, что соответствует трети всех занятых в городе. Активно развивается сегмент самозанятых – их количество превысило 65 тыс. человек. За 2025 год оборот малого и среднего бизнеса увеличился на 11,5% и достиг 759,1 млрд рублей. Примечательно, что с 2020 года этот показатель вырос вдвое, что свидетельствует о динамичном развитии предпринимательской среды в городе.
СОВРЕМЕННЫЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ
НАКИП ГАЛИМОВ. «Я ЖИЛ ПО ПРИНЦИПУ: Я НИКОМУ НЕ ДОЛЖЕН, КРОМЕ АЛЛАХА И СВОИХ РОДИТЕЛЕЙ»
Chelny-biz.ru пообщался с бизнесменами Набережных Челнов, которые начинали свой путь в 90-е, 2010-е и 2020-е годы.
Так, мебельная фабрика «Ак Барс», которой руководит Накип Галимов, была открыта 45 лет назад. Тогда производство называлось Набережно-Челнинская мебельная фабрика и входило в управление «Татмебель» при Кабмине Татарстана. Компания выпускал 12 наименований продукции (диваны, кресла и матрасы на пружинных блоках). В республике работало 18 мебельных фабрик, из которых спустя столько лет сохранился лишь «Ак Барс». Себя Галимов считает не предпринимателем, а именно производственником.
– Перестройка, дефолт, а следом европейские, мировые и российские кризисы – что только ни пришлось пережить. Мы одни остались, 17 мебельных фабрик обанкротились. Кому удалось сохранить костяк («Ульяновская мебель», «Удмуртмебель», «Пермьмебель») они на порядок выше сегодня по выпуску мебельной продукции. В магазинах их товары, челнинских мало, – рассказал Галимов. – За короткий срок фабрику пришлось переоборудовать, мы начали делать корпусную мебель. У нас было изначально 12 наименований, сейчас мы выпускаем 250 позиций для школ, детских садов, домов культуры, больниц, поликлиник и офисов. 45 лет назад технология была такая, что вся площадь была задействована под мебельное производство. У нас стояли восьмиярусные паровые прессы, от котельной мы получали пар, делали мебельные щиты и так далее. В то время работало около 200 человек. Потом появился ламинат, МДФ, технология поменялась. Мы купили новое оборудование, и где-то треть производства освободилась, работало около 70 человек. Сегодня мы купили современное оборудование с ЧПУ, работает уже порядка 15 человек, они выполняют тот же объем работ.
Фото: nabchelny.ru
Пережить многочисленные кризисы, как говорит Галимов, ему удалось за счет того, что он не прибегал к кредитам.
– Я жил по принципу: я никому не должен, кроме Аллаха и своих родителей. Никогда не брал в долг и кредит. Нас в свое время учили: «Берите кредиты, весь мир так живет!». Кризис 2008 года многие не пережили из-за кредитов. Мы живем на свои средства, – отметил Галимов.
РУСЛАН НИГМАТУЛИН. «УСПЕХ В БИЗНЕСЕ – ЭТО БОЛЬШОЙ ТРУД. ЛЕГКО НИКОГДА НЕ БЫВАЕТ»
Руслан Нигматулин, генеральный директор ГК «Далини», депутат Госсовета Татарстана и председатель регионального отделения партии «Новые люди» в Татарстане рассказал, что мечта стать предпринимателем была у него с детства, и он к ней постепенно шел.
– Еще в школьные годы я начал зарабатывать первые деньги – ремонтировал старые велосипеды и перепродавал. В студенчестве пробовал другие более сложные направления, связанные с техникой, автомобилями. После института работал в найме – в сфере автозапчастей, прошел путь от менеджера до руководителя филиала компании. К открытию собственного бизнеса пришел в 27 лет – в 2014 году. На тот момент у меня была хорошая машина BMW X5, которую я купил на капитал, заработанный от перепродажи телефонов и машин. Она стала стартовым капиталом полноценного бизнеса. Себе купил «Приору».
Начинал бизнесмен один. В первые месяцы бывало так, что вечером и ночью работал за компьютером, а днем – в поле, вспоминает Нигматулин. Встречался с клиентами, предлагал поставку подшипников и запчастей.
– Работая один, быстро понял, что нужна команда, начал ее формировать. В первые годы у нас был небольшой офис и пять человек. Позже мы выросли и переехали в большое здание. В 2014 году ситуация в подшипниковой отрасли была такой, что старые советские заводы с огромными мощностями стали неэффективными и банкротились. Многие закрылись. Появилось множество поставщиков китайских подшипников. Рынок в Челнах очень напоминал торговлю 90-х, когда подшипники привозили крупные оптовики в Челны, раскидывали по мелким, а те – конечным продавцам. Тут было точно так же – крупные московские, питерские игроки поставляли подшипники мелким. Сейчас ситуация изменилась, возможности одинаковые – что в Москве, что у нас.
Поскольку я бизнес только открывал и был очень увлечен, я был более клиентоориентирован, чем конкуренты. Мне было важно войти в рынок и занять его, а не сиюминутно прибыль получить. Общаясь с клиентами, я шел навстречу, помогал им решать проблемы с оборудованием и комплектующими. Это преимущество помогло мне на старте. Но и позже, и сейчас для нашей компании клиентоориентированность была и остается важным принципом работы. Часто бывало, что если нужно выручить клиента и срочно доставить какой-то редкий подшипник, от которого зависит работа производственного оборудования, то делали это даже в убыток. Главное – выручить партнера. Особенно это было актуально в пандемию и с началом санкций, когда у многих рушились цепочки поставок.
Предприниматель вспоминает запрос от завода из Якутии, где из-за одного подшипника вышла из строя линия.
– Каждый день простоя обходился им в полмиллиона рублей. Нас попросили привезти этот подшипник в Москву. И я сам полетел с подшипником в чемодане (он весил более 10 кг). Навстречу мне летел представитель завода. И эти расходы на дорогу были несопоставимы с возможными потерями предприятия. Мы всегда стараемся думать о клиенте и снизить его затраты.
Фото: nabchelny.ru
– Со временем мы поняли, что необходимо свое производство. Тем более что в России сейчас большой запрос на отечественные комплектующие. Сейчас у нас есть собственные торговые марки ППК и Dalini. Продукция прошла испытания и поставляется на «КАМАЗ». Мировой рынок подшипников ежегодно растет на 6%. Российский еще быстрее – почти на 18%. Так что, перспективы развития отрасли значительные. Мы будем развивать ее дальше. При этом я всегда знал, что буду масштабировать бизнес, не ограничиваясь одним направлением. В 2017 году мы открыли транспортную компанию. Когда ситуация в грузоперевозках стала крайне сложной, мы ушли из транспортной логистики в складскую. В 2025 году построили крупный складской комплекс в Набережных Челнах. Есть проекты и по другим направлениям.
Предпринимательство, отмечает Нигамтулин – это не стоять на месте и придумывать новые направления или развивать существующие.
– Поэтому я не собираюсь останавливаться. Успех в бизнесе – это большой труд. Легко никогда не бывает. Особенность сегодняшней ситуации в том, что проблемы возникают не у нас, а у наших заказчиков и клиентов. Нехватка у компаний оборотных средств и отсутствие резервов приводят к задержкам платежей нам и другим поставщикам. Причины этой экономической ситуации всем понятны. Проблема с дорогими кредитами усугубилась тем, что банки ужесточили требования к заемщикам. Дают финансы только, если компания растет. А с 2025 года у большинства бизнеса – падение. И банки вместо того, чтобы поддержать предпринимателей, снижают лимиты кредитования.
Сколько я бизнесом занимаюсь, времена всегда были непростыми. То налоги поднимут, то цены на топливо, то ковид, то санкции. И ты понимаешь, что, если бы не был таким рисковым и не умел справляться с проблемами, ты бы не был предпринимателем. Уверен, что бизнес и сегодняшнюю ситуацию в экономике переживет. Будет долгий период восстановления, потом медленный рост. Но важно не загонять его в невыносимые условия дополнительной нагрузкой и ограничениями, ведь успешный предприниматель с большой прибылью – это высокие зарплаты работников предприятия, благосостояние жителей. Пользуясь случаем, я поздравляю коллег с Днем российского предпринимательства! Желаю смелых планов и достижений!
Фото: пресс-служба Правительства РТ
РАВИЛЬ ГИМАТДИНОВ. «КАК БЫ СТРАННО НИ ЗВУЧАЛО, НО КОРОНАВИРУС НАМ ПОМОГ, ТОГДА ВСЕ МАГАЗИНЫ ПОЗАКРЫВАЛИСЬ, А Я ЗАПУСТИЛ ДОСТАВКУ»
Магазин правильного питания «Грядка» стал первым крупным бизнес‑проектом молодого предпринимателя Равиля Гиматдинова. Его бизнес начинался семь лет назад с четырех сотрудников, сейчас в штате уже 140 человек.
– Я хотел стать бизнесменом с детства. В школьные годы я пытался где-то что-то подешевле закупить, продать. Продавал футболки, занимался подарками. В общем, чего только не было, но с самого начала я знал, что буду в этой сфере. Идея открыть магазин фруктов появилась в школе, я узнал, что такие магазины популярны в Европе. Решил, что закончу школу и открою что-то подобное. И вот, так скажем, не потерял эту мечту и воплотил, – рассказал Гиматдинов. – По образованию я инженер-строитель, но ни одного дня им не работал, потому что выбрал другой вид деятельности. В 2019 году я скопил денег, продал машину, плюс занял денег у родственников. На открытие я потратил полтора миллиона, а дальше начал заниматься расширением деятельности.
Открытие было тяжелым для предпринимателя: бизнес, хоть и приносил выручку, но не выходил в плюс. Тогда в магазине работал он и его жена. Изменила ситуацию пандемия короновируса в 2020 году.
– Как бы странно ни звучало, но коронавирус нам наоборот помог, потому что тогда все магазины позакрывались, а я запустил доставку продуктов. Я первый в Челнах начал это делать, но не в таком формате, как это делают популярные сервисы. Пришли работать родители мои и жены, друзья, родственники. Нас собралось 25 человек, был большой объем работ: надо было покупать продукты, разгружать, формировать доставки. Продлилось это месяц-полтора. Когда уже начали снимать ограничения, мы вернулись к своей деятельности.
Ключевой совет, который получили Гиматдинов от опытных предпринимателей, – основательно изучить теорию и все нюансы планируемого бизнеса.
– Если ты занимаешься машинами, ты должен разбираться в них лучше других, если ты открываешь доставку еды, ты должен быть хорошим поваром и плюс маркетологом, – объяснил предприниматель. – Помимо того, как это приготовить, знать, как это продать. И, конечно, слушать людей с большим опытом. Как раз мой знакомый и рассказал мне, как выстроить работу персонала. Сегодня у меня в штате 140 человек, ими тоже непросто управлять. Должна быть система найма, обучения, премирования персонала и так далее.
В 2026 году предприниматели столкнулись с серьезными экономическими вызовами, и Гиматдинов – не исключение. По его словам, ситуация осложнилась сразу по нескольким направлениям.
– Очень тяжело, потому что в 2026 году налоги очень сильно подняли. Допустим, конкретно у меня, с 1 января практически по всем направлениям где-то в восемь раз выросли налоги. Так, в 2025 я выплачивал около 500 тыс. рублей, сейчас за май я заплачу около трех миллионов, – рассказал Гиматдинов. – Плюс упала покупательская способность. Я думаю, все это видят. Я, допустим, это чувствую везде. Люди стали меньше покупать, больше экономят. Сейчас предприниматели занимаются тем, что диверсифицируют свои риски, стараются уменьшить расходы: закрывают лишние проекты, пытаются сделать помещение поменьше. Еще одна сложность – поднятие стоимости аренды. У меня несколько объектов, где я снимаю. Они в 2026 году все поднялись в аренде где-то на 10-20 тысяч, самое максимальное поднятие было на 120 тысяч рублей. Все это складывается: налоги, покупательская способность, аренда, транспортные расходы. Вот в таких условиях приходится работать. Это как данность. Наверное, выживут только самые предприимчивые, кто может в этом стрессе работать.
Сейчас Гиматдинов владеет двумя магазинами фруктов, доставками еды Iyya.ru, «Тут сет» и фабрикой кухни готовой еды LightFood. В Iyya.ru предприниматель изначально работал, а после выкупил уже после открытия магазина правильного питания. В разработке доставка готовой еды по Челнам «Биг тиз».
– Мы сейчас кормим особую экономическую зону «Алабуга», многие предприятия. Плюс наша еда представлена во многих точках, кофейнях, фитнес-центрах Челнов, Елабуги и Нижнекамска. В месяц только на фабрике кухни мы производим от 100 тысяч блюд в месяц, – поделился предприниматель.
Chelny-biz.ru
Оставьте первый комментарий