, 23 Сентября
$ 76,2711
€ 89,4813
Предложения банков
Коронавирус. Заражено: 31 792 825 человека. В России: 1 122 241. В Татарстане: 7 065. В Челнах: 846
Еще новости
Подробно


Еще одно письмо Нафикову от дочери «обнальщицы» - теперь из дела Окуня

10.04.2020, 14:36

Несовершеннолетняя дочь Лилия Акмаловой, фигурантки уголовного дела банды «обнальщиков» Дениса Окуня, направила письмо через интернет-приемную на имя прокурора Татарстана Илдуса Нафикова. Александра Акмалова, как и Ева Шамшура, на обращение которой отреагировал глава надзорного ведомства, уже четыре года находится в разлуке с матерью. Это единственная женщина из всех фигурантов дела Окуня, кто содержится в СИЗО с 2016 года. Текст обращения Александры Акмаловой оказался в распоряжении издания Chelny-biz.ru (орфография и пунктуация автора сохранены).

«Уважаемый Илдус Саидович! Я прочитала в средствах массовой информации о том, что к Вам обратилась несовершеннолетняя дочь арестованной Ирины Шамшуры — Ева, с просьбой разобраться в ситуации ареста ее родителей. Благодаря Вашему участию, ее матери была изменена мера пресечения с заключения под стражу на домашний арест.

Ситуация, в которую попали я и моя мама, еще более катастрофическая. Моя мама — Акмалова Лилия Раисовна, была арестована за аналогичное экономическое преступление почти 4 года назад, 3 августа 2016 года. С тех пор она находится под арестом. Моя мама является матерью-одиночкой. Мы жили вместе с мамой и нашей больной бабушкой. После маминого ареста, я в 12 лет осталась одна с больной 75 летней бабушкой. Наше мудрое государство проявило заботу и конечно не позволило мне жить одной и ухаживать за больной бабушкой — меня, по настоянию сотрудников полиции, которые арестовали маму, хотели поместить в детский дом! Только благодаря помощи сотрудников отдела опеки, которые знают, что такое «счастливое детство» в нашем детском доме, моей тете Альбине удалось оформить опекунство. Больше двух лет, когда мама находилась в Казанском СИЗО, я ее не видела! Потом ее перевели в СИЗО-4 г. Мензелинск. После перевода в Мензелинск появилась возможность нечастых встреч. Раз в два-три месяца, когда удается собрать ей передачку мы с тетей ездим к ней на свидание в Мензелинское СИЗО. Бабушка же не видела маму ни разу за все время ареста, так как она не в состоянии по причине болезни ездить в Мензелинск.

Из Пушкинского лицея, где я училась, мне пришлось перевестись в обычную школу, так как не было возможности оплачивать обучение. После 9 класса учебу пришлось оставить — нужно работать.

Мой опекун Альбина работала администратором в гостинице, но сейчас она вынужденно не работает по причине карантина.

Мы никогда не жили богато, мама ни у кого ничего не украла, всю свою жизнь работала руководителем небольшой строительной фирмы. Полицейские говорят, что мама незаконно заработала более 10 миллионов рублей за 4 года! Я не знаю, где эти деньги, но все, что у нас было: машину и все ценное, мы давно продали, чтобы как-то выжить.

Моя мама никого не убила, не ограбила, наркотиками и оружием не торговала, ущерба от ее деятельности нет, потерпевших нет, однако сотрудник Вашего ведомства - прокурор на суде запросила для нее 13 лет заключения! Видимо мама представляет для нашего государства такую исключительную опасность, что ей, по мнению прокурора, нужно назначить срок намного больший, чем дают за умышленное убийство или разбой!

Суд над мамой идет уже почти полтора года, с декабря 2018 года. Очередное заседание было назначено на 23 марта 2020 года, однако в связи с карантином его перенесли на неизвестный срок.

В Федеральном законе от 1 апреля 2020 г. N 73-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» указано, что применять ст. 210 УК РФ к предпринимателям нельзя! А ведь именно 210 статью применили полицейские, чтобы иметь возможность посадить маму.

Маме уже 52 года, у нее несколько хронических заболеваний. Любой случай заболевания кого-то из сотрудников или заключенных в СИЗО приведет к неминуемой эпидемии. С учетом условий содержания заключенных в СИЗО, шансы остаться живой при поражении коронавирусом у мамы будут минимальные! Да и кто будет лечить заключенных.

В самое важное время для каждого ребенка, а тем более для девочки, я лишена общения с самым дорогим для меня человеком. Прошу Вас, проявить мудрость и милосердие к моей маме и изменить ей меру пресечения. На примере обращения Евы Шамшуры, я уверена, что это в Ваших силах! С уважением, Акмалова Александра, 16 лет».

Напомним, Лилии Акмаловой вменяют участие в ОПС и незаконную банковскую деятельность. Защита женщины считает, что она оказалась в числе обвиняемых только из-за близкого знакомства с другими фигурантами и непосредственно с Денисом Окунем, которому вменяют лидерство.

Женщина многократно пыталась обжаловать арест и писала обращения в различные инстанции, но все безрезультатно.

– Мне в таком возрасте тяжело находиться в условиях тюрьмы. К тому же у меня ребенок, я единственный родитель. Она заканчивает в этом году девятый класс, у нее выпускной бал будет…, – обращалась к суду со слезами на глазах подсудимая.  

Фото: КП