, 5 Августа
$ 72,7857
€ 86,4112
Предложения банков
Коронавирус. Заражено: 200 309 511 человек. В России: 6 356 784. В Татарстане: 24 131. В Челнах: 3 198
Новости
Подробно


«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

15.07.2021, 20:43

Жители Тарловки хотят, чтобы их вернули в состав Набережных Челнов - сельчане пишут письма Наилю Магдееву и Рустаму Минниханову. Поселок, история которого началась с дач, построенных купцом Стахеевым в начале ХХ века, вновь оказался отрезанным от цивилизации. Терпение жителей на пределе: за десяток лет «елабужской» жизни проблем накопилось столько, что не уложатся в лист бумаги. Особенно сильно бьет по кошельку и настрою людей отсутствие прямой транспортной доступности: для того, чтобы добраться до Елабуги, им приходится делать «крюк» через Челны. А на все коммунальные и социальные жалобы им предлагают «скинуться и сделать все за свой счет» - мол, в Челнах такого не было.

Власти Елабуги, тем временем, не хотят расставаться с легендарной Тарловкой, которая славится своими природными красотами. В ближайшие годы здесь, в рекреационной зоне с богатой историей, по слухам, планируют отстроить элитный жилой сектор. Вчера елабужские чиновники вышли на разговор с сельчанами. Что из этого получилось – в материале Chelny-biz.ru.

 «ПРОСТО ИЗБАВИЛИСЬ ОТ ЛИШНЕГО ЭЛЕМЕНТА…ОТ САНАТОРИЯ ОСТАЛОСЬ БУКВАЛЬНО ТРИ БРЕВНА»

История поселка Тарловка началась с появления рядом с деревней Черный Ключ дачного комплекса. Его среди соснового леса в ХХ веке построил купец Дмитрий Стахеев, чтобы лечить дочь, болевшую туберкулезом. В начале 20-х годов здесь открыли дом отдыха для рабочих Бондюжского химического завода, который позже преобразовали в противотуберкулезный санаторий «Тарловский». В годы Великой Отечественной Войны здесь размещали эвакуационный госпиталь.

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

Первоначально поселение входило в состав Челнинского кантона ТАССР, с 1930 года – Челнинского района, с 1959-го - Набережных Челнов. Санаторий ликвидировали в 2009 году, стахеевские дачи оказались утрачены. После закрытия медучреждения большинство местных потеряли работу, а поселок остался без опеки. В тот же год правительство Татарстана установило границы районов по фарватеру Камы и Вятки: указом президента Тарловка стала частью Елабуги. В 2010 году населенный пункт получил статус села и современное название.

Поселок находится на противоположном берегу от Набережных Челнов, в густой лесополосе.  Для того чтобы добраться до него из автограда, корреспонденту Chelny-biz.ru потребовалось около получаса на автомобиле - при отсутствии пробок. Если ехать на автобусе, то путь до поселка с вековой историей займет чуть больше. Общественный транспорт привозит жителей к остановке, расположенной прямо на берегу Камы. Рядом вход в бывший санаторный комплекс. За старым забором - густой лес из высоких мачтовых сосен, дорожки, усыпанные шишками, живописный обзор на Каму и челнинский берег, на котором голубым цветом бликуют новостройки.

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

Местами лежат спиленные деревья, мусор, при входе встречает осиротевший постамент, на котором когда-то стоял бюст Владимира Ленина. Его, который застал посвящение многих старожилов в пионеры, забрали на реставрацию в Елабугу. Пока жители искали для него площадку, вдруг выяснилось, что бюст в процессе разбили. «Просто избавились от лишнего элемента», - сетуют тарловчане, которые выступили гидом для корреспондента Chelny-biz.ru по территории бывшего санатория.  По их словам, в прежние времена здесь работали несколько корпусов, фонтан, пульмонологическая лаборатория и даже танцевальная площадка. «Приходили и мал, и стар - танцевали, вальсировали!» - вспоминают жители. В течение двух лет после его закрытия все здания разрушили, строительный бой закопали, остались только прикрытые ветками канализационные люки.  «От санатория буквально три бревна», - говорят местные. 

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

В самом поселке – несколько улиц, деревенские домики соседствуют с малоэтажными панельками и коттеджами. Прямо на въезде встречает небогатая инфраструктура: ФАП, деревянная церковь и мусорные контейнеры. По официальным данным, сейчас в Тарловке проживает 393 человека. Среди них 134 пенсионера. Большинство челнинцы. В деревне трудности с рабочими местами, поэтому сельчане, особенно молодежь, ежедневно ездят на заработки в автоград. Туда же сдают налоговые декларации, записываются в поликлиники и посещают аптеки. У некоторых в Челнах есть свои квартиры, проживают родственники.

«КОГДА ВСЕ ЗАКРЫЛИ, ЛЮДИ АХНУЛИ: «А КАК ЖЕ МЫ БУДЕМ ДАЛЬШЕ?!». ПРОТИВОТУБЕРКУЛЕЗНЫЙ САНАТОРИЙ ОТНОСИЛСЯ К ЧЕЛНАМ. МОЖНО ВЕДЬ ВСЕ ВЕРНУТЬ!»

Населенный пункт, который находится между Челнами и Елабугой, теперь страдает от ощущения ненужности ни одному, ни другому. На фоне коммунальных и социальных проблем особенно остро стоит вопрос транспортной доступности. Он возник в 2015 году, когда трассой между двумя городами занялись ремонтники. Вдоль двухполосного скоростного шоссе установили длинное бетонное загорождение, отрезав прямой проезд в Тарловку из Елабуги. Жители надеялись, что вариант временный и в скором времени там обустроят разворот или пешеходный переход. Но отбойник так и остался на месте.

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

Председатель ТОС «Тарловка» Юлия Давыдова:

- Это самый больной вопрос – нет прямого сообщения с Елабугой. Из-за этого у нас большинство проблем. Если мы вернемся в состав Челнов, то будет решена одна из них – у нас будет прямая связь с городом. То, чего нет с Елабугой. Елабужский исполком на наши просьбы не реагирует, как вы видите. 12 лет мы просим, чтобы нам обустроили поворот, но нам все время присылают отписки или говорят, что там невозможно ничего сделать.

Наша медработник ездит в Елабугу за медикаментами. Ей приходится выходить перед ЖД-переездом, перелезать через отбойник, переходить две полосы. А затем такой же путь обратно. А зимой это вообще что-то! Кроме этого, у нас есть пенсионеры, некоторым больше 80 лет. Им нужно в поликлинику – утром садятся в автобус, едут до Челнов, возвращаются, проезжают до Елабуги. Идут в поликлинику, сдают анализы. Чтобы обратно вернуться в Тарловку, им нужно дождаться автобуса, который в 12:30 оттуда выезжает. Если еще успеют, конечно. Плюс ко всему на следующий день приходится ехать за анализами, а на лечение наши жители вообще не могут пойти! Таким образом они не в состоянии каждый день ездить в Елабугу.

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

Мы просим элементарное: убрать отбойники, чтобы можно было заехать на эту полосу. Сделать, как было раньше. Потому что отбойники нам поставили буквально через два-три года, как только нас передали Елабуге… Как будто бы приговор – мол, ездите к нам через Челны. У нас нет полосы торможения и разгона, когда мы выезжаем из Тарловки и возвращаемся обратно. Тормозить приходится прямо на трассе, а сзади на большой скорости едут машины. Просим, чтобы либо сделали пешеходный переход, либо наземный или надземный (мосты), потому что место очень опасное.

Светлана Галанина:

- Скорую помощь, пожарных приходится ждать очень долго из-за того, что они делают круг до Набережных Челнов. В 2013 году у нас сгорел дом, пока пожарные ехали. Практически ничего не осталось. Так же и скорая помощь. Такие случаи были, что по часу–два едет. Зимой, бывало, из-за нечищеных дорог местным жителям приходилось выталкивать карету… В целом, все желают, чтобы здесь построили какой-то санаторий, базу, людей обеспечили работой. Здесь такой воздух, такая природа!

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

Валентина Кочнева:

- Мы считаем, что присоединение нас к Елабуге было вопиющим безобразием. Когда встал вопрос судьбы Тарловки, с нами как с умными людьми провели референдум, приезжала власть из Казани, спрашивали наше мнение. Большинство людей выразили желание остаться в Челнах, потому что исторически так сложилось, что Тарловка всегда принадлежала Челнам. Потому что большинство людей работает, лечится, решает свои социальные вопросы в этом городе. В Елабугу нам незачем даже ехать! Для нас поездка туда - это такая проблема! Надо сначала поехать в Челны, заплатить 40 рублей, потом 100 рублей в Елабугу и обратно. Итого 280 рублей за одну поездку! Нам это очень неудобно. Я выражаю мнение всех жителей Тарловки – хотим, чтобы нас присоединили к Челнам! Это было бы удобно для людей, живущих в поселке.

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

Владимир Беляшов, председатель Совета ветеранов поселка Тарловка:

- Нам абсолютно негде гулять с детьми. За неделю до вашего приезда с горем пополам и под давлением всего народа поставили тренажеры. Дети подошли и все тренажеры свалились.  Слава богу, никто не пострадал. На всей территории нет ни одной игровой площадки. Внизу, на берегу, поставили футбольные ворота – ради смеха, видимо. Ведь это бывшие участки, где люди сажали картошку. Там кочка на кочке! Вы представляете, что значит играть в футбол на таком поле? Нашим молодым мамам с маленькими детьми некуда идти. Да и пройти в целом негде –нормальных дорог для того, чтобы прогуляться с коляской, нет. По ним постоянно ездят машины. Мы давно просим, чтобы осветили улицу Санаторную (идет вдоль берега) и сделали небольшой тротуар, чтобы люди могли прогуляться, посидеть на скамейках. Вот набережную в Челнах же сделали? Мы же относимся к Елабуге, нас считают городскими жителями, так почему тоже не займутся благоустройством? Хотелось бы, чтобы власти наконец повернулись к нам лицом. Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть! УК бесконечно меняются. Деньги собирают, а когда приходит время ремонта, присылают извещение о смене компании. Это что такое? Что за администрация города, которая руководит у нас такими вещами? Их же наказать можно, есть же законы! Проблемы, конечно, всегда были, но не такие, когда здесь был санаторий. Потому что все тогда было единым.

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

Елена Верба:

- У нас замечательный фельдшер! Готова принять в любое время дня и ночи! Но когда я жила в селе на Кубани, там три раза в неделю приезжали врачи: терапевт, травматолог и т.д. Люди записывались и приходили. Здесь мы не можем добиться такого. Со скорой помощью проблемы – не может доехать нормально. Нам бы, конечно, тут еще аптечный киоск организовать. Ведь за каждым лекарством мы должны ехать в Челны… Да и вообще, не только по медпомощи – какой бы вопрос мы не задали, нам в Елабуге говорят: «Это ваши проблемы, скидывайтесь и делайте». А в Челнах мы прекрасно жили! Нам там говорили – ваша только квартира, все остальное - крышу, подвал – обслуживаем мы. А здесь обратились насчет подвала – «скидывайтесь, ремонтируйте»! Вот и весь ответ. Зимой никто не убирает дороги. У нас есть местный житель, который делает это за свой счет. Мы однажды обратились в Елабугу на заснеженную дорогу. Там ответили: «Нам без вашей Тарловки забот полно!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

Юлия Давыдова:

- Есть проблемы с коммунальными сетями. Раньше мы относились к санаторию, все было на его плечах. Как только его закрыли, нас некому стало обслуживать. Сейчас сети изношены на 90% - постоянно порывы, проблемы с водой. Сейчас на два месяца отключили горячую воду! Жители ругаются, возмущаются. Постоянно один негатив. Елабуге, чтобы поменять нам, например, лампочки, приходится ехать сюда через Челны. Сколько километров туда-сюда мотаться?

В 2020 году пришла к нам программа «Наш двор». Три дня поработали и на этом все закончилось, потому что был сентябрь. Делали детскую площадку: накидали песок, сделали одну дорожку, через которую невозможно пройти с коляской и на велосипеде. В 2021-м к нам до сих пор никто не приехал. Тут объем работ не маленький – успеют ли?

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

В Тарловке очень много людей, которые прожили здесь всю свою жизнь - они знали, что если заболели, могут пойти в санаторий. Там были шикарные лечебные кабинеты, врачи. Когда все закрыли, люди ахнули: «А как же мы будем дальше?!». Противотуберкулезный санаторий относился к Челнам. Можно ведь все вернуть! Постройте здесь нормальную лечебницу, чтобы использовать эти земли под благородную цель. Представляете, сколько бы людей в разгар коронавируса могли бы пройти здесь реабилитацию?! Здесь все было отлично, просто кому-то этот санаторий был в тягость. Здесь, по слухам, собираются строить элитное жилье…

«ТАКИЕ ВСТРЕЧИ БУДЕМ ПРОВОДИТЬ РЕГУЛЯРНО ДО ТОГО МОМЕНТА, ПОКА НЕ БУДУТ ВЫПОЛНЕНЫ ВСЕ ОСНОВОПОЛАГАЮЩИЕ ВОПРОСЫ ЖИЗНЕДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПОСЕЛКА»

Жители составили список из 31 проблемного вопроса, его накануне прилюдно передали в руки замглавы Елабужского района Олегу Колпакову. Он приехал на встречу к тарловчанам с руководителем исполкома и начальниками управлений.

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

К слову, по словам жителей, ранее на такие инициативы местный исполком не решался. Чиновники попытались ответить на вопросы, которые наперебой задавали сельчане. Руководитель исполкома Ленар Нургаянов отказался комментировать вероятность возвращения Тарловки в состав Челнов, объяснив, что это «вопрос не его уровня». Но пояснил ситуацию по дорожной проблеме:

- Трасса М-7 - федеральное имущество. Муниципалитет еще в 2019 году обращался в Росавтодор о возможности пересмотра устройства дорожного полотна, чтобы организовать там разворотные полосы и пешеходный переход. Так как через эту точку через сутки проходит 40 тысяч единиц транспорта, а ширина дороги очень узкая, технических вариантов для обустройства не имеется. Так нам ответил Росавтодор. Этот объект не часть муниципалитета, где мы можем убрать отбойники и сделать разворот. Если, не дай бог, случится трагический случай, это непростительная вещь. Здесь самовольством заниматься нельзя. Есть решение Росавтодора – переезд там организовывать нельзя! Это небезопасно. Может повлечь риск для человеческих жизней!

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

Нургаянова поддержал Колпаков:

- Такая проблема, к сожалению, существует. Вопрос находится вне зоны компетенции муниципалитета. Мы, естественно, на этой неделе направим обращение в Росавтодор, Татавтодор. Постараемся эту проблему озвучить, вынести ее за пределы муниципалитета. Постараемся ее решить совместно с республиканскими и федеральными структурами.

От населения поступают обращения на увеличение автобусного оснащения. Пассажирский трафик в летний период увеличивается, приезжает больше населения из Набережных Челнов. Транспортный вопрос будет решен - будет обеспечено бесперебойное снабжение населения, в  том числе учащихся. Сейчас увеличим количество маршрутов по данному направлению. Вопросы, которые возникают по системе ЖКХ, мы сегодня обсудили. Готовимся к отопительному сезону, проводим капремонт. Да, он несколько смещен, но в рамках допустимых норм.

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

Добавим оперативности в работу спецтранспорта. На следующую встречу пригласим представителей нашей ЦРБ, потому что есть вопросы по обеспечению ФАПа, созданию здесь дополнительных услуг. Отработаем этот вопрос, чтобы наши оперативные службы приезжали в достаточно короткий период времени. Проблему обсудим на заседании исполкома и постараемся решить.

Мы договорились, что опять проведем встречу с населением через две недели и те вопросы, которые сегодня были озвучены, - либо все, либо часть - постараемся решить. Такие встречи будем проводить регулярно до того момента, пока не будут выполнены все основополагающие вопросы жизнедеятельности поселка. Это максимально удобный формат, когда руководство муниципалитета приезжает на место, и у населения есть возможность обратиться к нему с любым вопросом. Я считаю, что недовольство жителей можно искоренить такими встречами и оперативным решением возникающих проблем. Территориально присоединение к тому или иному городу или населенному пункту не решит все трудности. Качество работ муниципалитета – вот, что важно. В первую очередь, вопросы жизнедеятельности, жизнеобеспечения поселка.

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

Сегодня мы пригласили все ресурсоснабжающие организации нашего района, департаменты строительства, ЖКХ, транспортный отдел. Здесь присутствуют все службы, все вопросы обсуждаются. Мы их в ближайшее время будем решать – какие-то быстрее, какие-то в чуть отдаленной перспективе, - сказал Колпаков.

Тем временем в бывшей рекреационной зоне идет подготовка к масштабным строительным работам –  здесь будет частный поселок: расчищаются участки, а вдоль территории протягивают столбы освещения. Территория принадлежит ОАО «Санаторий Тарловский», генеральным директором является Флера Мустафина, казанская предпринимательница. Сама фирма в собственности у Минземимущества РТ (25%) и ООО «Камтрансгрупп» (75%). Как Chelny-biz.ru сообщили в исполкоме Елабужского района, на сегодняшний день земля размежевана под ИЖС.

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

- Эти земли Минземимущество передало ОАО «Санаторий Тарловский», которое никакого отношения к санаторию не имеет. Они просто себя так одноименно назвали. Не знаем, для чего. Сейчас они выставляют эти земли для продажи под элитное жилье. Здесь собираются строить большой жилой комплекс под названием «Стахеевская усадьба». Ирония! Потому что в тот же год как им передали земли, они сожгли Стахеевскую усадьбу. Развалины бывшего санатория, весь мусор закопали в землю. Что ждет людей, которые решат построить там жилье? Здесь место для оздоровления и санатория, а не для коттеджей, - заключают тарловчане.

Юлия Шестакова

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»

«Мы сколько уже просим, сколько собирается народ. Это невозможно без конца терпеть!»