, 29 Ноября
Коронавирус. Заражено: 260 452 193 человека. В России: 9 502 879. В Татарстане: 37 057. В Челнах: 5 075
Новости
Подробно


«Если бы не ТОР, я бы открыл это производство в Москве»

05.09.2016, 07:08

Кондитерская фабрика «Акульчев», совладельцем которой является бизнесмен из Набережных Челнов Сергей Акульчев, с сентября отказывается от использования пальмового масла. Его заменили на высокоолеиновое подсолнечное. По этому поводу челнинская фабрика, готовая вот-вот получить статус резидента ТОР, собрала на производстве известных блогеров России, чтобы показать, как для предприятия открывается страница новой эпохи. Затем глава компании ответил на вопросы блогеров и журналистов, часть из них редакция приводит ниже. Chelny-biz.ru, пользуясь случаем, узнал у Сергея Акульчева, почему он снял свою кандидатуру с предвыборной гонки, где бы был реализован новый проект по выпуску макарун, если бы не «налоговый рай» Челнов, и планирует ли бизнесмен реанимировать проект премиум-класса Dessert Boutiquе.

«ДВА ГОДА МЫ СИДЕЛИ, ПЯЛИЛИСЬ НА ЭТИ ВАФЛИ И НЕ ЗНАЛИ, ЧТО С НИМИ ДЕЛАТЬ»

– Сергей Николаевич, вы начали производить кондитерские изделия без пальмового масла. Есть много разных противоречивых мнений по поводу этого продукта: одни говорят о его вреде, другие настаивают, что оно никак не влияет на здоровье человека. Вы считаете, что оно вредное, или это некий PR-ход компании?

– Мы до этого использовали пальмовое масло, и оно на самом деле безвредное для организма. Большинство крупных российских кондитерских комбинатов используют безопасное пальмовое масло, но телевизор не победить. Я даже не сказал, что сейчас не мода на пальмовое масло, это просто пропаганда подсолнечников. Мы понимаем, что есть некий спрос, обоснован он или нет, но спрос есть. И никто почему-то на него не реагирует… Мы полностью откажемся от пальмового масла с 15 сентября. Вкусовые качества продукта в связи с этим никак не изменились. Думаю, что за нами сейчас все перейдут на беспальмовый продукт.

«Если бы не ТОР, я бы открыл это производство в Москве»

– Как это отразится на цене?

– Она прибавит 7-8%.

Не потеряете ли вы на этом часть рынка?

– Проверим. Это не такая уж большая наценка. У меня характер такой: дело надо доводить до конца. У меня даже по макарунам больше опасений: все-таки и рынок намного уже, и цена намного выше, продукт такой сложный в логистике. Я даже туда лезу, хотя понимаю, что сложно. Когда мы привезли мягкие вафли, мы вообще были единственными в России. Мы два года не могли пробить сети! Два года! Нам говорили: «Вы что в чае что ли их мочили, что они у вас мягкие?». Сети не были готовы к этому. Два года мы сидели, пялились на эти вафли и не знали, что с ними делать. Сегодня бренд «Акульчев» достаточно известный и пользуется доверием.

«Если бы не ТОР, я бы открыл это производство в Москве»

– На территорию опережающего социально-экономического развития вы входите с проектом по производству макарун, о которых как раз упомянули. Если бы не ТОР, вы реализовали ли бы проект в Набережных Челнах?

– Я бы открыл это производство, но, скорее всего, в Москве. Потому что мы понимаем, какая цена у макарун, понимаем, где наши потребители живут. Всегда лучше производить ближе к потребителю, а это Москва, Питер. При этом Москва будет занимать по рынку макарун 60-80%. На данном этапе развития страны все кинулись в дешевизну. Мы знаем, что сети пестрят акциями, люди оценивают продукт в первую очередь по цене, только потом смотрят на характеристики. Потребителями макарун я считаю категорию людей, число которых по стране не превышает 2%. При этом, как я уже сказал, порядка 80% из них живут в Москве. Это покупатели, которых цена не интересует, их интересует качество. Сейчас с полок ушли многие качественные продукты, потому что все начало дешеветь, дешеветь, дешеветь. Это дорастает до критической массы, хочется качественного продукта. Мы делаем ставки на это. Через макаруны мы планируем немного поднять престиж марки, уважения и внимания и к другим изделиям. Наша задача - чтобы макаруны были шикарного качества: вкусные, не ломанные и не битые. Вот при такой правильной маркетинговой стратегии мы ожидаем, что весь остальной бренд начнет притягиваться.

«Если бы не ТОР, я бы открыл это производство в Москве»

– То есть ТОР достаточно привлекательна, раз вы открываете производство достаточно далеко от потребителя?

– Если мы докажем важность нашего проекта, то для нас откроются достаточно хорошие перспективы. За счет них мы становимся более конкурентоспособными, быстрее окупаемся и ставим новые линии. Для нас это хорошее развитие...

«СТАВКИ ИДУТ НА КИТАЙ, ПРОДАЕМСЯ В РУССКИХ МАГАЗИНЧИКАХ США»

– Планируете ли реанимировать другой проект премиум-класса - Dessert Boutique, который вы закрыли не так давно?

– Пока в планах не стоит реанимация Dessert Boutique. Но мы берем какие-то продукты оттуда, например, те же самые макаруны. Мы решили, что у нас были какие-то успешны продукты, которые можно масштабировать. Мы их будем брать и на какие-то марки накладывать: сначала на марку «Акульчев», в последующем, возможно, будут создаваться какие-либо другие бренды. Я не исключаю этого. После того, как мы одновременно тащили четыре бренда (у нас была такая история), мы поняли, что это очень затратно. Теперь мы понимаем, что это может быть накладно, если у тебя нет продукта, который вытащит его (бренд – ред.), гарантированных продаж. Нужно быть аккуратнее. Лучше заводить его под старый, известный бренд. Если продукт пошел, то вначале нужно набрать скорость, а потом уже выводить как самостоятельный.

«Если бы не ТОР, я бы открыл это производство в Москве»

– Рассчитываете только на наш рынок или будете выходить за рубеж?

– За рубеж, мы хорошо там сейчас продаемся. Ставки идут на Китай, продаемся в русских магазинчиках США, а также в Белоруссии, Армении, Казахстане, Монголии и других странах.

– Было что-то, что не пошло?

– С новыми продуктами мы периодически выходим. «Венский пирог», например, – влажный, вкусный, который хранится две недели. А у нас страна большая, пока довезешь… Сделали, чтобы хранился дольше – получился суховат. Не пошло. В любом случае, мы не останавливаемся, ищем новые продукты.

«ПРО ДЕНЬГИ ТАМ СРАЗУ ОЗВУЧИВАЛИ, НО Я СКАЗАЛ «НЕТ»

– Еще одно важное событие, которое происходит в вашей жизни – это участие в выборах в Госдуму…

– Уже не баллотируюсь.

«Если бы не ТОР, я бы открыл это производство в Москве»

– Что произошло?

– Сейчас физически не хватает времени, чтобы этим заниматься. Я понимаю, что это не проходная история, а времени надо будет много потратить. Я не готов сейчас это делать.

– Все-таки речь идет о времени или деньгах?

– Про деньги там сразу озвучивали, но я сказал «нет».

– Многие бизнесмены сейчас управляют свои бизнесом дистанционно, что достаточно сложно. Каково это для вас?

– В любом случае необходимо присутствие. Если ты хочешь дистанционно управлять, в любом случае на месте должен иметь исполнительного либо генерального директора. Это первое. Во-вторых, нужно развивать самостоятельность компании. Самостоятельность в России, к сожалению, плохо развивается. Люди об этом говорят, но пользоваться ею не умеют: ждут наставлений, каких-то рекомендаций. Поэтому необходимо периодически обсуждать, куда идет компания, что необходимо делать, чтобы было общее понимание у человека. Хотя бы собираться раз в три месяца. Нужно очень грамотно подбирать людей. Вообще, все нужно начинать с человека, который тебя заменит. Если правильный человек на правильном месте с правильной стратегией (что очень важно), то результат можно ожидать. Стратегия тоже очень важна. Когда все это в комплексе правильно делается, можно управлять компанией и очно, и заочно.

«Если бы не ТОР, я бы открыл это производство в Москве»

– На какой максимальный период вы удалялись?

– На пару-тройку месяцев, может.

– Нормально?

– Ну как уж нормально?! Возвращаешься, а тут все на ушах стоит! Проблематика есть все равно. Если ты далеко уходишь, люди засыпают. Нужен человек на месте, который всегда будет продавливать, проталкивать. Если ты уехал, нужно такого же «больного» ставить вместо себя.

«ГОД НАЗАД Я ПРОБЕЖАЛ В ПЕРВЫЙ РАЗ, ГОД ОТДОХНУЛ. ПО ВЕСНЕ, ДУМАЮ, НАЧНУ ГОТОВИТЬСЯ СНОВА»

– Не так давно вы занялись триатлоном. Что подвигло вас пробежать марафон?

– Это интересно. В какой-то жизненный момент становится интересно сделать что-то такое, чего никогда не делал. Интересно понять, на что ты способен. Эта школа дает понимание, и в какой-то момент начинаешь себя уважать: вот это я могу делать, надо что-то еще попробовать… Я готовлюсь к соревнованиям самостоятельно.

«Если бы не ТОР, я бы открыл это производство в Москве»

– Сколько нужно есть вафель, чтобы похудеть? На производстве нам сказали, что вы ели вафли и худели.

– Ешь сколько хочешь, если ты бежишь Ironman (смеется – ред.). Ты бежишь и худеешь. Год назад я пробежал в первый раз, год отдохнул. По весне, думаю, я начну готовиться снова.

Лилия Хамитова