, 26 Сентября
$ 57,5660
€ 68,5553
Предложения банков
Новости
Подробно


«Закиров – офицер и должен отвечать за свои слова. Он же не на рынке или за картами!»

04.08.2017, 17:20

«Он признался в должностном преступлении», - так говорит о начальнике «шестого отдела» Сергей Еретнов, который отсидел срок за связь с «игровиками» и сам прошел через ОБОП. Экс-депутат горсовета уверяет, что Даниль Закиров сделал это прямо на судебном заседании, при огромном количестве свидетелей: признался, что якобы знал о крышевании «игровиков» силовиками, но никому об этом не сказал. Хотя в действительности все его выступление называет словоблудием.

Проведя параллели между двумя громкими делами, экс-депутат приходит к выводу, что в правоохранительной системе существуют «двойные стандарты», и принципиально называет полицию милицией. Какие факты фальсификации материалов «шестым отделом» известны Еретнову, и что, на его взгляд, привело к громкому уголовному процессу – в интервью Chelny-biz.ru.

«ТЫ ВСПОМНИ, КАК САМ РАБОТАЛ?! ТВОИ ПОДЧИНЕННЫЕ ИЗБИВАЛИ ЗАДЕРЖАННЫХ, ФАЛЬСИФИЦИРОВАЛИ ДЕЛА…»

– Сергей Алексеевич, дело «шестого отдела» оказалось связано с «игорным», по которому вы были осуждены. Во время избрания меры пресечения в суде начальник ОБОП Даниль Закиров сообщил, что его задержание – это месть других силовых структур за разгром «игровиков». Вы знакомы с материалами дела. Что скажете на этот счет? Как можете прокомментировать позицию Закирова?

– Начнем с того, что господин Закиров опытный следователь, оперативник, много лет проработал в правоохранительной системе, и тут такое словоблудие. Что произошло в суде на заседании? По сути, он признался в должностном преступлении. Потому что, если он владел сведениями о том, что ФСБ «крышует» и получает доход от игорного бизнеса (о чем он там заявил во всеуслышание), то был обязан донести это, как минимум, до своего начальства. Во-вторых, я изучил 70 томов «игорного» дела с карандашом в руках, и никаких намеков на ФСБ там вообще нет. Получается, что он дискредитирует одну из федеральных служб Российской Федерации, которая занимается безопасностью государства. По факту: он либо тогда совершил преступление, закрывая глаза на «крышевание», либо сейчас – выступая в суде с клеветой. Закиров – офицер и должен отвечать за свои слова. Он же не на рынке выступил или в компании за картами! Кстати, любит играть в покер…

– Из чего вы делаете вывод, что Закиров врет?

– Конечно, врет. В уголовном деле наоборот прослеживается активное участие УВД в незаконной деятельности, поскольку были осуждены участковые и начальник Автозаводского отдела Адай Тлегенов. Правда, очень избирательно милиция подошла к коллегам, учитывая то, какого размах был игорный бизнес. Представить, что всего вот эти два-три человека были причастны к «игорному делу», невозможно. Мягко говоря, ограничились фигурами, которых можно было отдать на заклание, при этом не переругавшись со всеми остальными.

«Закиров – офицер и должен отвечать за свои слова. Он же не на рынке или за картами!»

– Вы высказались в своем видеоблоге о мере пресечения для сотрудников ОБОП. Почему считаете, что домашний арест в данном случае неприемлем?

– Домашний арест – это все-таки возможность общаться, никто не запрещает к нему приезжать, его же подчиненным, коллегам, а это чревато. Мы знаем, как у нас сажают бизнесменов (кстати, вчера Путин озвучил, что необходимо прекратить арест бизнесменов по экономическим преступлениям): для них домашний арест – вообще счастье, обычно сразу в тюрьму, и сидят там годами, хотя никакой опасности не представляют. Ну, или депутаты моего уровня: меня же сразу отправили в Чистополь, помните? Хотя я не милиционер, не член ОПГ, всего лишь депутат муниципального уровня, который в принципе-то никакой власти не имеет, а всего лишь возможность публично выступать. А эти люди, благодаря своему опыту, корпоративной «солидарности» обладают возможностью давить на свидетелей, вскрывать вещдоки. Более того, как пояснил СК в суде, они устраивали слежку за следователями следственного комитета! В суде прозвучало, что при обыске коллег Закирова были изъяты ежедневники, в которых написано: нужно устроить прослушку или слежку за конкретными сотрудниками СКР Замараевым и Дадашевым.

При этом напомню, что «седьмой отдел» до недавнего времени возглавлял бывший начальник «шестого отдела», а сейчас он возглавил Центр по противодействию экстремизму РТ. Это его родной брат, сотрудник «шестого отдела» Тимур Гарифуллин находится под судом по делу о нападении на адвокатов и фальсификации доказательств. Что такое «седьмой отдел»? Это прослушка, слежка... И самое интересное, что Гарифуллин и еще один оперативник, который тоже проходит по этому делу, находятся под подпиской о невыезде. Суд не считает их опасными! Хотя эти люди имеют определенные возможности и применяют их на деле – взяли под слежку даже не свидетелей, а следователей! Если это не есть давление или попытка давления на следствие, что тогда по мнению суда таковым является? Налицо двойные стандарты.

«Закиров – офицер и должен отвечать за свои слова. Он же не на рынке или за картами!»

– Тлегенова тоже сразу арестовали.

– Его посадили сразу, никаких домашних арестов! А вот начальника «шестого отдела», который гораздо опаснее начальника районного отдела, как бы считают достойным человеком. В чем между ними разница для общества, для суда? Сейчас господин Закиров обвиняет всех подряд… Ты вспомни, как сам работал?! Твои подчиненные избивали задержанных, фальсифицировали дела...

Конечно, я не исключаю, что и Закиров может прочувствовать на себе всю силу нашей правоохранительной системы. Если бы он до конца был уверен, что с ним поступят по-честному, он бы не говорил о какой-то мифической связи «игровиков» с ФСБ. Если бы он верил правосудию, он бы сказал: «Суд разберется». Но он же так не действует, потому что точно знает: если ты попал в эти жернова, то тебя посадят. По нему и так достаточно фактов, в том числе дошедшие до суда уголовные дела о фальсификации преступлений: подбрасывании улик, принуждении людей брать на себя чужую вину. А эпизод с адвокатами чего стоит?! Ну нельзя их бить! Это же адвокаты! Они не имели права врываться в офис к адвокатам. Только за это можно весь «шестой отдел» уволить и посадить за превышение должностных полномочий.

Вообще наши милиционеры любят Глеба Жеглова, небезызвестного героя фильма «Место встречи изменить нельзя». Другой главный герой, положительный, Володя Шарапов, проповедовал другую концепцию: «Если закон один раз подмять, как нам удобно, это не закон будет, а кистень». Но поскольку Жеглов в исполнении Высоцкого стал более популярным героем в масштабах России, с него и начали брать пример. И оправдывают свои действия действиями Высоцкого.

Ты сегодня, может быть, посадишь преступника незаконными методами, но завтра – невинного, теми же незаконными методами. Потому что нет границ, власть развращает, и сотрудники милиции не являются моральными авторитетами нашего общества и, мягко говоря, образцом подражания.

«Закиров – офицер и должен отвечать за свои слова. Он же не на рынке или за картами!»

«НАЧАЛИ ПРИСМАТРИВАТЬСЯ И УВИДЕЛИ ОПАСНОСТЬ: СОЗДАЕТСЯ ВОТ ТАКОЙ ВОТ СПРУТ ИЗ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНЫХ ОРГАНОВ»

– В ходе разбирательства «игорного дела» в суде вы и Адай Тлегенов не раз указывали на незаконные действия «шестого отдела».

– «Игорное дело» с чего началось? С фальсификации – якобы с похищения человека. Был такой Григорий Татевосян. Он находился под следствием, в том числе «шестого отдела», за мошенничество в размере 80 млн рублей. (Татевосян в августе 2014 года был приговорен к четырем годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии поселения. Мужчина, используя товарный знак «КАМАЗа» в доменном имени, обманул 13 бизнесменов. Покупатели вносили нескромные предоплаты за несуществующий товар, однако он не поставлялся – ред.). Он написал письмо президенту России, которое позже передал моему адвокату. Оттуда мы узнали, что к нему обратились сотрудники «шестого отдела»: дескать, ты напиши заявление, что тебя взяли в плен, угрожали оружием, а мы тебе поможем. Заявление было на «игровиков». На всех: Дениса Ульева, Василия Криворучко, Дмитрия Косинова. Это является стопроцентной заказухой. Потому что такого «шикарного» эпизода в деле мы так и не увидели.

Второй момент, который показывает ярко, как на самом деле велось «игорное дело», и как «шестой отдел» работает, касается меня. Я получил обвинение по двум эпизодам: по продаже Дмитрию Косинову «Шоколада» и по аренде в здании «Челны ЛТД». Первый были вынуждены признать фальсификацией, и здесь меня, к счастью, оправдали. Но при этом господин Нитенко остался в деле в качестве свидетеля. Второй эпизод… Я отбыл срок в колонии за то, что мой друг Фанис Харисов якобы сдал в аренду помещение «игровикам». При этом в суде не был представлен договор аренды, более того, на тот момент здание было арестовано и находилось в управлении судебных приставов. Поэтому ни я, ни Фанис не могли там ничем распоряжаться. И все обвинение основывается на словах исключительно Дмитрия Косинова, никаких других доказательств кроме его слов в деле не было.

Кстати, мой адвокат Юрий Удовенко более 20 раз упоминал в своей книге «Зазеркалье» господина Закирова. И все в негативном свете.

«Закиров – офицер и должен отвечать за свои слова. Он же не на рынке или за картами!»

– По-вашему, каким образом развязался клубок по «шестому отделу»? Знакомые с ситуацией связывают с делом Бибишева…

– Однозначно толчок к развитию ситуации дало так называемое дело Дамира Бибишева и Сергея Федосова по РК «Мираж». Вспомните задержание господина Олега Гордевича по прозвищу Пеликан, который проходит по этому делу. Его же взяли по всей юридической науке: записи бесед, передача денег, другие реальные доказательства – все было зафиксировано и происходило под контролем ФСБ города! Но суд (в первый раз) выпустил его, даже не взяв под подписку о невыезде! Как и Бибишева. Хотя операция проходила показательно образцово. У Фемиды челнинской глаза не завязаны, а открыты… В итоге сейчас и это дело, и полицейских по нападению на адвокатов рассматривается в Верховном суде республики, а не в Набережных Челнах. Думаю, что началось оттуда. Начали внимательно присматриваться к тому, что происходит в городе, и увидели опасность: создается такой вот спрут из правоохранительных органов.

Даже прокуратура, вопреки имеющимся документам, подала в суд: якобы подвальное помещение РК «Мираж» представляет опасность для жителей рядом стоящей многоэтажки. Никакого общего фундамента там не было, нужно было посмотреть градостроительные документы. Но, тем не менее, они пошли на поводу жителей, которые написали заявление, половина из которых алкоголики. И позднее следствием было установлено: Федосову, по оценке СУ СКР, ущерб составил 33 млн рублей. Тут еще судебные приставы «в теме» были: Алтынбаев, например, родной племянник экс-мэра Челнов. Он тогда занимался исключительно одним делом – с утра до вечера был рядом с РК «Мираж».

А потом налет на адвокатскую контору и попытка взрыва. Адвокаты, а они как раз защищали Федосова, напрямую обвинили в этом господина Бибишева, потому что ни чьих других интересов они на тот момент не задевали. Как после этого повел себя начальник «шестого отдела?» Это же вообще песня. Как говорится, «на воре и шапка горит». Закиров, не имея никакого отношения к расследованию дела о поджоге, стал этим делом заниматься. Пригласил к себе какого-то человека по фамилии Шайхелисламов, давнего знакомого, попытался торговаться с ним: либо ты сам признайся, либо кого-то найди, но чтобы это выглядело правдоподобно. А виновность этого человека должна была строиться на том, что его машина в ночь поджога зафиксирована рядом с адвокатской конторой. Но ведь есть сотни причин, почему он мог там оказаться: приехать домой, к любовнице, напиться с друзьями и оставить машину. Зачем «шестому отделу» заниматься этим?

«Закиров – офицер и должен отвечать за свои слова. Он же не на рынке или за картами!»

«Я СТОЛЬКО СДЕЛАЛ ДЛЯ «ДВАДЦАТЬДЕВЯТНИКОВ», А ВЫ ТУТ МНЕ НЕ МОЖЕТЕ ОТДАТЬ «БЕРЛОГУ»

– В материалах дела по «шестому отделу» фигурирует некто Хасьянов. Следствию эту фамилию озвучил как раз Шайхелисламов, заявивший, что его заставляли взять на себя ответственность за поджог адвокатской конторы. Согласно обвинению, при разговоре с Шайхелисламовым в кабинете у Закирова вместе с ним присутствовал и «осужденный Хасьянов». В СМИ встречается упоминание человека с такой фамилией – в прошлом участника «двадцатьдевятников», которого осудили к 17 годам колонии, возможно – совпадение. Вы знаете этого человека?

– Лично Хасьянова я не знаю, даже не помню, кто он такой. Это вопрос к начальнику «шестого отдела». Но то, что ОБОП в свое время был связан с ОПГ «29 комплекс» – не секрет. Тогда еще главу «шестого отдела» Василя Шайхразиева уволили по докладу моего адвоката Юрия Удовенко. На тот момент он был начальником отдела по борьбе с коррупцией и организованной преступностью УФСБ Набережных Челнов. Удовенко написал докладную, где доказал, что «шестой отдел» связан с «29 комплексом», в том числе и финансово. Я уже это описывал в своей газете. У них даже счет был открыт, куда поступали средства от фирм, учредителями которых являлись «двадцатьдевятники». Заместителем начальника «шестого отдела» был двоюродный брат Алика, лидера ОПГ. Так вот они решили: усилим «двадцатьдевятников», сделаем их самой крутой группой, а через них будем контролировать всю организованную преступность города… Потом весь «шестой отдел» был расформирован, а брат Алика уволен с формулировкой «за связь с «29 комплексом». Это написано у него в увольнении. На мой взгляд, должна была последовать уголовная статья, а не увольнительное.

«Закиров – офицер и должен отвечать за свои слова. Он же не на рынке или за картами!»

– В то время вы сталкивались с «шестым отделом»?

– Очень давно, как раз во времена расцвета «29 комплекса», когда меня пытались убить. Ко мне домой ворвались бандиты, я был вынужден спрыгнуть с шестого этажа, зацепился на четвертом у соседей. Весь двор видел, как это все происходит: мои вещи выносили из квартиры, грузили в машину… Номера тут же были переданы милиционерам, но их не нашли, потому что заявились из «шестого отдела» и сказали уголовному розыску, что берут это дело под свой контроль, поскольку они разрабатывают дело «двадцатьдевятников». Я не стал писать никаких заявлений и послал всех.

В целом, уверен, если поднять архивы, можно много интересного найти по «шестому отделу». Например, был любопытный случай (но он не связан со мной) с рынком «Берлога». Было заведено уголовное дело о незаконной приватизации здания, которое находилось в муниципальной собственности. В процессе были замешаны даже чиновники. В итоге ни к чему расследование не привело, девушку-следователя, видимо, запугали, поскольку материалы дела забрали якобы на сутки, но в итоге утопили в подвале «Берлоги» горячей водой, тем самым доказательства исчезли, и на этом основании дело прекратили.

Я не знаю, как сейчас, но брат Алика, заместитель «шестого отдела», и начальник налоговой полиции Новиков потом стали хозяевами «Берлоги». В моей газете «Ревизор» мы печатали материал о «Берлоге», о том, как захватывали «двадцатьдевятники». У нас имелась расшифровка записи разговора, совещания, где брат Алика говорил Ереме (осужденному на пожизненный срок по делу ОПГ «29 комплекс», – авт.): «Я столько сделал для «двадцатьдевятников», а вы тут мне не можете отдать «Берлогу». Это и было признанием в преступлении!

Как мне кажется, сейчас ОБОП по мелочи «работает», по сравнению с теми временами. Но то, что в суде рассматривается дело о фальсификации доказательств, я считаю, уже достаточный повод отстранить начальника отдела. Он не мог не знать об их действиях! И даже если не знал, он не имеет права до окончания судебного следствия занимать пост. Он должен быть уволен!

Олеся Аверьянова