, 20 Мая
$ 64,6327
€ 72,2464
Предложения банков
Новости
Подробно


«Здесь ведь речь не только про подсудимых, сломалась судьба и их родственников»

26.12.2018, 18:56

Сегодня в городском суде Набережных Челнов стартовал процесс, который стал одним из самых масштабных за последнее время по количеству участников – 22 человека на скамье подсудимых, столько же адвокатов и многочисленные родственники. Заседание объявили открытым, но последним пришлось остаться в коридоре. «Нашей матери 77 лет», «Ребенок стал суицидным», «Они нормальные люди, они никого не убили», - со слезами на глазах рассказывали близкие подсудимых и просили судить справедливо. Подробнее – в материале Chelny-biz.ru.

«Я ЕДИНСТВЕННАЯ ЖЕНЩИНА, КОТОРАЯ НАХОДИТСЯ ПОД СТРАЖЕЙ. УЖЕ БОЛЕЕ ДВУХ ЛЕТ»

Утро в городском суде Набережных Челнов началось со столпотворения. На первое слушание по громкому уголовному делу «обнальщиков» собралось более 50 человек. Предполагаемого лидера ОПС Дениса Окуня и еще четверых фигурантов дела, находящихся под стражей, доставили в суд только к половине 11-го, хотя заседание было назначено на 9:00. Во время ожидания коридор челнинского суда, начиная со второго по пятый этаж, был заполнен остальными участниками процесса. Всего по делу в качестве обвиняемых проходит 22 человека. Помимо тех, кто под стражей, трое сейчас находятся под домашним арестом, остальные под подпиской о невыезде. Помимо фигурантов и их адвокатов, на процесс явились и родственники обвиняемых, однако в зале суда не для всех нашлись места. Хотя и выбрано было самое большое помещение в здании в 43-м комплексе.

В зал сначала под конвоем завели Дениса Окуня и остальных арестантов. Они оглядывались, с кем-то здоровались, родственники вздыхали, было слышно «Как похудел». Собравшиеся столпились у входа в зал заседаний, все ждали своей очереди. Конвой стал пускать пофамильно остальных подсудимых и их адвокатов. После них очередь дошла и до журналистов. Родственникам обвиняемых пришлось остаться. Некоторые начали ругаться, просили не закрывать дверь, объясняя, что процесс открыт и «мы здесь будем стоять слушать». Кто-то из мужчин выкрикнул, что сына не видел на протяжении трех лет. Утихомирить родных удалось лишь, заверив, что вопрос об их присутствии будет решать судья после начала заседания.

«Здесь ведь речь не только про подсудимых, сломалась судьба и их родственников»

В итоге в зале заседаний собралось около 50 человек. Суета и разговоры долгое время не утихали, конвою несколько раз даже пришлось выкрикнуть. Председательствующий судья Евгений Шишкин начал с установления личности подсудимых. Большинство челнинских являлись родственниками, в том числе среди фигурантов есть казанцы. Многие на иждивении имеют малолетних детей. Представляла гособвинение Гульнара Набиуллина. Она заявила ходатайство о продлении меры пресечения.

– Хочу обратить внимание, что подсудимые у нас обвиняются в групповом преступлении. Преступлений очень много, они являются особо тяжкими. Поэтому оснований для избрания другой мягкой меры пресечения нет. Я прошу в отношении пятерых, находящихся под стражей, меру пресечения продлить на три месяца. Трое – под домашним арестом, им также продлить, – отметила Набиуллина.

Все те, кто находился в зале за решеткой – это предполагаемый лидер банды обнальщиков Денис Окунь, Денис Фролов, Денис Сердюков, Ринат Каримов и Лилия Акмалова - просили не оставлять их под стражей, а хотя бы смягчить им меру пресечения. О том же просили и их адвокаты, ссылаясь на здоровье подсудимых, об отсутствии желания скрыться от суда, на сложности с этапированием, которое может затянуть судебное разбирательство. По словам адвокатов, проводить судебные заседания будет возможно только лишь пять раз в месяц.

– Я не согласна с ходатайством, – заявила суду Акмалова. - Я единственная женщина, которая находится под стражей. Уже более двух лет. У меня малолетний ребенок, и я единственный родитель.

«Здесь ведь речь не только про подсудимых, сломалась судьба и их родственников»

Ранее защита женщины обращалась к Бастрыкину и Чайке с просьбой разобраться в ее ситуации, дать объективную оценку действиям следствия, принять меры на прекращение уголовного дела и отмену меры пресечения. Как стало известно сегодня, помимо этого, защита Акмаловой обращалась и к бизнес-омбудсмену России Борису Титову.

– Мера пресечения из-под домашнего ареста на заключение под стражу была изменена по формальному поводу, – заявил суду адвокат Акмаловой. - Она не согласилась на досудебное сотрудничество и не признала вину по статье 210 УК РФ. Это не должно влиять на меру пресечения. Уже больше двух лет она находится в СИЗО. В настоящее время повлиять на ход следствия она не может. Есть справки о том, что у нее имеются проблемы со здоровьем и ходатайство уполномоченного при президенте РФ по правам предпринимателей.

Подсудимые, которые находятся под домашним арестом, не стали возражать по поводу продления меры пресечения. Некоторым из них уже пришлось побывать в ИВС и СИЗО, среди которых мать Дениса Окуня и его супруга. Последняя, кстати, просила о дополнительных часах прогулок утром и вечером. Судья Евгений Шишкин все оставил, как и было, продлив всем меру пресечения до марта.

Напомним, о задержании группы «обнальщиков» под предполагаемым руководством челнинца Дениса Окуня стало известно в августе 2016 года. Позже появилась информация, что супруги Окуни находятся в международном розыске. МВД объявило об этом только в начале 2017 года. Сообщалось, что бизнесмен и его жена скрывались некоторое время в Москве, а потом в Турции. ГСУ МВД Татарстана заочно арестовало их и объявило в международный розыск. В итоге Денис и его супруга были задержаны 16 апреля 2017 года в Минске. 

«Здесь ведь речь не только про подсудимых, сломалась судьба и их родственников»

Уголовное дело за время следствия разрослось до 170 томов, а количество фигурантов до 22. Им всем вменяется создание преступного сообщества и участие в нем, незаконная банковская деятельность, незаконное образование юрлица.

Следствие считает, что в 2012 году Денис Окунь создал преступную организацию, члены которой в течение четырех лет через подконтрольные компании обналичивали деньги бизнесменов, помогая им, таким образом, уходить от налогов. За свою «помощь» обнальщики получали вознаграждение 1,5– 9%. Помимо Окуня шесть участников преступной организации руководили структурными подразделениями, еще семь осуществляли взаимодействие с заказчиками незаконных услуг, пятеро вели учет поступления средств на расчетные счета, четверо снимали денежные средства в банкоматах и передавали клиентам.

Доход ОПС составил более 232 млн. Как полагает следствие, соучастниками использовались расчетные счета 71 подконтрольной фирмы, 33 из которых были незаконно созданы в преступных целях. При обыске в доме одного из соучастников в Набережных Челнах оперативники обнаружили и изъяли огнестрельное оружие и наркотики.

«Здесь ведь речь не только про подсудимых, сломалась судьба и их родственников»

«ЭТО КРИК ДУШИ. ПРОВЕЛИ ПОДСУДИМЫХ, АДВОКАТОВ, ЗАПУСТИЛИ И ПЕРЕД НАМИ ЗАКРЫЛИ ДВЕРЬ»

При выходе из зала журналистов окружили родственники подсудимых, которые все это время ждали окончания слушания в коридоре.

– Это крик души, – обратился к представителям СМИ Евгений Фролов, отец Дениса Фролова. – Ни одному из родителей не хватило мест. Тем не менее, вы сами видели, что четыре-пять мест было свободно. Почему не допущены были родители? Не важно – это продление меры пресечения, суд ли начался. Нам объявили, что заседание будет открытым, а для нас оно получилось закрытым. Провели подсудимых, адвокатов, запустили и перед нами закрыли дверь. Вы визуально видели сами, что они нормальные люди, они никого не убили, никого не ограбили. Да, занимались они каким-то бизнесом в наше-то время, которое спровоцировало государство.

Фролов признался, что сына с момента задержания видел всего лишь один раз.

– Их закрыли в августе 2016 года. Меня приглашали оперативники, сделали мне свидание - и то ради того, чтобы я уговорил сына начать давать показания. Только для этой цели. Мы каждый месяц ехали в Казань, передавали питание и все, – рассказывал отец Фролова.

– Здесь ведь речь не только про подсудимых, сломалась судьба и их родственников, – отмечали присутствующие. – Нашей матери 77 лет, она на нервной почве просто не встает с постели.

«Здесь ведь речь не только про подсудимых, сломалась судьба и их родственников»

Родственники особое внимание обращали на детей подсудимых, которые тоже оказались в сложной ситуации.

– Ребенок стал бесхозный, ребенок суицидный. Она вся в протесте, ничего не хочет. Ребенок добрый, хороший, но вся эта ситуация ее надломила сильно.

По словам родственников, их родные вели вполне себе легальный бизнес, не исключая при этом возможные экономические нарушения. При этом они указывали на то, что в деле нет пострадавшей стороны. Особенно родных возмущает тот факт, что следствие вменяет им ОПС. По их мнению, это делается лишь для того, чтобы держать фигурантов дела под стражей.

– 210 статья УК РФ была введена для противодействия мафии, «ворам в законе», организованной преступности, бандитам и прочим, а следствие прикручивает ОПС к экономическим преступлениям, за которые нельзя сажать под стражу, – рассказал один из родственников.

– Мы не исключаем, что у них там возможно были какие-то нарушения, но мы призываем к конкретному, достойному суду. Есть закон – пусть судят по закону, – отметил Фролов.

«Здесь ведь речь не только про подсудимых, сломалась судьба и их родственников»

Следующее заседание запланировано на 23 января.

Олеся Аверьянова